Азиатско-Тихоокеанский регион, за исключением Китая, стремительно превращается в один из самых динамично развивающихся рынков морской ветроэнергетики в мире. Здесь уже выстраивается четкая иерархия зрелости проектов: Тайвань, Южная Корея и Япония выступают в роли лидеров, где рынок уже сформировался или активно созревает. За ними следует волна многообещающих новичков, таких как Австралия, Филиппины и Вьетнам. Каждый из этих рынков прокладывает свой уникальный путь, стремясь сбалансировать амбициозные цели в области возобновляемой энергетики со сложными реалиями реализации капиталоемких проектов.
Масштабы проектов, находящихся на разных стадиях разработки по всему региону, рисуют весьма обнадеживающую картину. Правительства подкрепляют свои климатические обязательства конкретными целями и развивающимися политическими рамками, призванными ускорить развертывание морской ветроэнергетики. Тайвань, несмотря на недавние трудности, уже ввел в эксплуатацию около 3,04 ГВт мощностей морской ветроэнергетики, заняв седьмое место в мире и наглядно демонстрируя, чего можно достичь при последовательной политической поддержке.
Особое значение текущему моменту придает то, как эти развивающиеся рынки извлекают уроки из собственного опыта. Предстоящий аукцион на Тайване отражает подлинную эволюцию политики, включающую в себя уроки, полученные в ходе предыдущих закупочных процедур. Приверженность правительства к внедрению большей гибкости в отношении требований к локализации компонентов снимает одно из самых острых болевых точек для международных разработчиков. Эта прагматичная корректировка признает, что жесткие мандаты по локализации, сколь бы благими ни были их намерения, могут стать препятствием, а не двигателем, когда отечественные цепочки поставок все еще находятся на стадии становления.
Южная Корея тем временем проводит еще более фундаментальную реструктуризацию своего подхода. Признавая сложность и риски, с которыми сталкиваются отдельные разработчики при освоении морской ветроэнергетики, корейские политики изучают датскую модель централизованного развития проектов. Передача государству более активной роли в выявлении площадок, проведении предварительных исследований и планировании подключения к сети может значительно снизить риски для разработчиков и ускорить сроки реализации проектов. Модель, возглавляемая оператором системы передачи, уже успешно зарекомендовавшая себя в Германии и Дании, предлагает дополнительное преимущество – возможность реализации эффекта масштаба в морской сетевой инфраструктуре, вместо того чтобы каждый проект стремился к собственному, часто неэффективному, решению по подключению.
Филиппины представляют, возможно, самый ожидаемый из развивающихся рынков, с первым аукционом по морской ветроэнергетике, запланированным на 2026 год, с целевой мощностью 3300 МВт. Недавнее решение Комиссии по регулированию энергетики поднять предельную цену до 11 песо за кВтч демонстрирует прагматичное признание того, что проекты первой волны нуждаются в достаточной предсказуемости доходов для привлечения инвестиций. Этот первый аукцион, хоть и ограниченный по объему, послужит жизненно важной цели: тестированию каждого элемента филиппинской экосистемы морской ветроэнергетики, от процессов получения разрешений и готовности сети до портовой инфраструктуры и возможностей цепочек поставок. Уроки, извлеченные из этих первоначальных проектов, окажутся бесценными по мере масштабирования рынка.
Япония, между тем, готовится перезапустить свою программу морской ветроэнергетики с принципиально иной философией. Став свидетелем провалов проектов, объяснявшихся чрезмерно агрессивными ценами и нереалистичными обязательствами по срокам, японские власти пересматривают свои аукционные рамки, чтобы отдать приоритет «устойчивости, состоятельности и жизнеспособности» над чистой ценовой конкуренцией. Это зрелое признание того, что самая низкая ставка не всегда является лучшей, сигнализирует о переходе рынка к более сложной фазе развития.
По всему региону основные движущие силы остаются весьма убедительными. Технология морской ветроэнергетики продолжает быстро совершенствоваться, при этом более крупные турбины снижают стоимость фундаментов, установки и обслуживания в пересчете на мегаватт, одновременно улавливая больше энергии при более высоких скоростях ветра. Потенциал создания рабочих мест огромен, охватывая производство, строительство, эксплуатацию и более широкие цепочки поставок. А поскольку глобальная скорость установки ускоряется – только в 2024 году по всему миру было добавлено около 117 ГВт – сокращение затрат, обусловленное промышленным масштабированием и обучением на практике, продолжает накапливаться.
Однако, несмотря на весь этот позитивный импульс, индустрия морской ветроэнергетики в АТР сталкивается с препятствиями, которые нельзя игнорировать. Самая непосредственная и универсальная проблема – финансовая. Морская ветроэнергетика чрезвычайно капиталоемка, проекты обычно финансируются за счет 70% заемных средств. В этом контексте процентные ставки имеют огромное значение. Анализ отрасли показывает, что повышение процентных ставок на 1% увеличивает усредненную стоимость энергии примерно на 10–15%.
Чувствительность к затратам на финансирование усиливается за счет авансового характера капитальных затрат в морской ветроэнергетике. В отличие от тепловой генерации, где затраты на топливо доминируют со временем, морская ветроэнергетика требует практически всех инвестиций до того, как будет выработан первый киловатт-час. Это делает отрасль особенно уязвимой к изменениям денежно-кредитной политики, находящимся вне контроля любого разработчика.
Недавнее направление политики Вьетнама представляет иную, но не менее тревожную картину. Хотя политика технически открывает рынок для иностранных инвесторов, в реальности она отдает предпочтение местным разработчикам. Практические последствия были продемонстрированы, когда немецкий разработчик PNE, несмотря на почти шестилетнюю подготовку, потерял крупный проект в пользу недавно созданной дочерней компании отечественного конгломерата Vingroup. Когда такие состоявшиеся международные игроки, как Ørsted, Equinor и Enel, покидают рынок, это сигнализирует о более глубоких структурных проблемах.
Инфраструктурные узкие места сохраняются по всему региону. Филиппинские порты не были спроектированы для логистики морской ветроэнергетики, требуя дорогостоящих модернизаций. Готовность электросетей остается под вопросом даже там, где сами проекты хорошо продвинулись, при этом планирование передачи часто отстает от развития генерации.
Протесты общественности, хотя и менее заметные, чем на некоторых западных рынках, остаются потенциальным препятствием. Взаимодействие с сообществами, оценка воздействия на окружающую среду и компенсация рыболовству – все это требует тщательного внимания для поддержания социального согласия на быстрое развертывание.
Общий вывод остается оптимистичным. Фундаментальная мотивация по всему АТР остается сильной: правительства привержены энергетическому переходу, а разработчики стремятся участвовать в том, что станет одним из величайших инфраструктурных проектов столетия. Технологии продолжают быстро совершенствоваться, и финансирование будет поступать в проекты с соответствующими нормативно-правовыми базами и распределением рисков.
Но морская ветроэнергетика не терпит коротких путей. Это уникально сложное предприятие, где экономия на издержках неизбежно приводит к дорогостоящим последствиям. Самыми успешными рынками в регионе будут те, которые поддерживают стабильные, амбициозные планы, находя при этом правильный баланс между конкурирующими приоритетами: финансовые стимулы, которые привлекают инвестиции, не создавая при этом непосильного бремени субсидий; создание местных рабочих мест, которое обеспечивает политическую поддержку, не навязывая невыполнимых мандатов по локализации; соглашения о покупке электроэнергии, которые обеспечивают предсказуемость доходов как от коммунальных предприятий, так и от корпоративных покупателей.
В АТР находится множество проектов, и, несмотря на вызовы, ситуация развивается в правильном направлении. Регион, который быстрее всего учится на своих ошибках и наиболее эффективно опирается на свои успехи, пожнет плоды новой промышленной эры.
